Портрет
Норштейн Юрий Борисович
15.09.1941 (д. Андреевка, Пензенская обл.)
Режиссёр, сценарист, аниматор, педагог.
Народный артист РФ (1996), Лауреат Государственной премии СССР (1979).
Режиссёр, сценарист, аниматор, педагог.
Народный артист РФ (1996), Лауреат Государственной премии СССР (1979).
Фото
Фото
Режиссёр мультфильмов:
1968 — «25‑е — первый день» (с А. Тюриным)
1971 — «Сеча при Керженце» (с И. Ивановым‑Вано)
1973 — «Лиса и заяц»
1974 — «Цапля и журавль»
1975 — «Ёжик в тумане»
1979 — «Сказка сказок»
2003 — «Fuyu no Hi» (в сборнике «Зимний день», Япония)
1968 — «25‑е — первый день» (с А. Тюриным)
1971 — «Сеча при Керженце» (с И. Ивановым‑Вано)
1973 — «Лиса и заяц»
1974 — «Цапля и журавль»
1975 — «Ёжик в тумане»
1979 — «Сказка сказок»
2003 — «Fuyu no Hi» (в сборнике «Зимний день», Япония)
Юрий Норштейн в 1961 году окончил курсы художников-мультипликаторов при Киностудии «Союзмультфильм», начинал работать как аниматор на кукольных фильмах и картинах в технике перекладки и оставался на студии до 1989 года. В 1968 году дебютировал как режиссёр — в технике перекладки. Большинство картин Юрий Норштейн снял совместно с художником-постановщиком Франческой Ярбусовой. С 1979 по 1996 преподавал на факультете анимационного кино Высших курсов сценаристов и режиссёров. В 1990организовал собственную студию «Артель», которую в 2000 перевел в "Фонд Юрия Норштейна".В 1993 году совместно с А. Ю. Хржановским, Ф. С. Хитруком и Э. В. Назаровым учредил школу-студию «ШАР», где преподавал до 1998 года. Норштейн читал лекции по мультипликации во многих странах мира: Великобритании, Венгрии, США, Франции, Швеции, Японии. Является автором книг «Сказка сказок», «Снег на траве» и других. Его фильмы «Ёжик в тумане» и «Сказка сказок» признаны мировым анимационным сообществом «Лучшими мультфильмами всех времён и народов».
«Конечно, художник всё равно работает по инстинкту, – ну, во всяком случае, я работаю по инстинкту, а не по разуму, я не пытаюсь проанализировать, что я буду делать. И я не отвечу на вопрос: «А какая Ваша концепция значительного лица в будущем фильме?» Да никакая. Если я сейчас буду иметь концепцию, то в результате я сделаю схему, чистую идеологию, что, в сущности, категорически противопоказано искусству. Воровский замечательно сказал, что тенденция должна быть в художнике, а не в произведении. Если в художнике есть отзывчивость к миру, то она перейдет и в то, что она делает – если он человек искренний, – а накопление идеологии не имеет никакого значения, кроме разве что разрушения искусства…»
Юрий Норштейн
Юрий Норштейн
- «Сеча при Керженце» (с И. Ивановым-Вано), 1971 год
- «Лиса и Заяц»,
1973 год - «Цапля и Журавль»,
1974 год
«В мультипликации есть один момент, который мне по душе. Мне нравится, что персонажи бессловесны. Они мне не возражают. В конце концов, лежит себе персонаж… Он ведь есть не просит. Я его могу на ночь оставить в павильоне, с ним ничего не случится. Ну, в крайнем случае, тараканы объедят. Как, к слову, с Ежиком случилось однажды. Тараканы съели его всю черную краску. Видимо, она оказалась приемлемой для их организма. Глаза у Ёжика — там, где было чёрное, стали белыми, и когти лапок побелели. Я подумал, что с ума схожу или произошло какое-то облучение, пока не заметил одного мерзавца усатого, который ещё сидел и ел, хотя уже свет включили. Он настолько впился, что, как сказал бы Чехов, «окоченел от наслаждения», и не успел убежать. Пришлось сделать вокруг съемочной площадки «магический круг» из воды, чтобы никто уже не мог проникнуть на мою территорию.
Но есть и жестокий момент. Персонажи мультипликации абсолютно неумолимы. Когда Ёжик «нарисовался», и мы стали смотреть раскадровки, все удивились: «Боже мой, ну вот он, вот он! Почему он раньше не получался?» Потом уж я рисовал его просто одной линией, несколькими чёрточками… Ведь если персонаж невозможно «собрать» линией, то ничего не получится. Видно, это в природе мультипликации. В ней всё содержится в сгущенной форме. Она находит условия, при которых оказывается возможным, как в детском рисунке — где почти в три черты делается фигура — ввести весь окружающий мир в графику, буквально, в одну линию.
Когда Ёжик стал рисоваться линией, я почувствовал, что фильм идет туда, куда он должен идти. Остальное — дело техники…"
Юрий Норштейн
Но есть и жестокий момент. Персонажи мультипликации абсолютно неумолимы. Когда Ёжик «нарисовался», и мы стали смотреть раскадровки, все удивились: «Боже мой, ну вот он, вот он! Почему он раньше не получался?» Потом уж я рисовал его просто одной линией, несколькими чёрточками… Ведь если персонаж невозможно «собрать» линией, то ничего не получится. Видно, это в природе мультипликации. В ней всё содержится в сгущенной форме. Она находит условия, при которых оказывается возможным, как в детском рисунке — где почти в три черты делается фигура — ввести весь окружающий мир в графику, буквально, в одну линию.
Когда Ёжик стал рисоваться линией, я почувствовал, что фильм идет туда, куда он должен идти. Остальное — дело техники…"
Юрий Норштейн
- «Ёжик в тумане»,
1975 год - «Ёжик в тумане»,
1975 год - «Сказка сказок»,
1979 год
«Он вечно не удовлетворён собой. Например, тем, что не стал живописцем, ведь цвет, гармония, красота его сжигают, оглушают! У него всегда идёт борьба с изображением, она сквозит в каждом кадре — это от потребности сказать больше, чем само изображение, показать, что жизнь больше любого изображения в принципе. Случалось, я ехала на работу с дачи и приходила в мастерскую Юрия Борисовича с полевым букетиком — и вдруг он замечал на букете муравья или мошку, уносил букет, и потом эти персонажи оживлялись им и появлялись в фильме».
Наталья Абрамова, редактор
Наталья Абрамова, редактор
